Ланселот:

Ланселот шел мрачнее тучи. Слева и справа от него оставались покрытые густым и обильным мхом скалы - за последнее время выпало много дождей. Его путь лежал вперед, по ложбинке, которая вела к подъемнику, месту обмена, обеспечивающему связь с Колонией. После появления барьера много лет назад жизнь в округе стала как никогда тихой и безопасной.

Под началом Ланса был десяток ополченцев, отправленных губернатором для охраны товаров идущих внутрь и из колонии. Сейчас половина этих бездельников и лоботрясов отсыпалась после вчерашних пьянок, а другая половина опорожняла бутылку за бутылкой прямо на своих постах. И ничто не может удержать их от этого.

Ланселот был строгим начальником, но даже он не мог идти против всего отряда – его не любили, но уважали и боялись, при этом, понимая, что он при всем своем желании не сможет наказать их всех разом. Ланселот не нуждался в их любви, ему был дан приказ – с отрядом охранять подъемник и он будет его охранять, даже если при этом ему придется пожертвовать собственной жизнью. Долг превыше всего!

Он жаждал боя! Настоящего боя будоражащего кровь, с достойным противником. Он всю свою жизнь представлял себе свой первый поединок: Лицом к лицу, отдав честь врагу, скрестив мечи посреди поля битвы! Но его надежды рухнули, когда с отрядом своих боевых товарищей ему пришлось ночью перебить воров в темном переулке в портовом квартале Хориниса.… Даже сейчас он с ужасом вспоминает те несколько минут кровавого боя.

«Мечи сверкали в тусклом свете факелов, кровь лилась из ран рекой, оставляя на одежде, руках и стенах красные пятна, а он беспомощный и испуганный стоял, опустив меч. У него не было сил поднять его и ринуться в бой - слишком сильно он был шокирован происходящим…»

Все свое детство он мечтал стать рыцарем. Он был одним из немногих детей умеющих читать. В течение всей жизни сказки и баллады о рыцарях подталкивали Ланса идти вперед. Когда он был ребенком под подушкой у него лежали героические произведения о храбрых и отважных паладинах живущих и теряющих жизни ради служения Инносу…

И сейчас он стал рыцарем, теперь он докажет всем, что достоин этого звания и способен на многое, даже если ему придется пройти через ненависть своих подчиненных! Сейчас он обязан служить здесь, и он будет служить, несмотря ни на что!

«Мой отец… Зачем он отправил меня сюда? Затем чтобы убрать подальше с глаз? Подлец, он не знает слово «честь» и «достоинство»! Я благодарен ему лишь за то, что он ответственен то, что я появился на свет! Больше он ни сделал ничего хорошего, ни моей матери, ни мне! – Ланс крепко сжал рукоять своего длинного одноручного меча – Это он прогнал мою мать из Хориниса, сказав, что она ведьма! Да, она училась алхимии. Но, она помогла многим женщинам с их больными детьми и спасла от смерти огромное число жителей Хориниса. А он выгоняет ее, заставляя жить в изгнании, в лесу на востоке, в одиночестве! Этого, я никогда не забуду!»

Вот такие грустные мысли были на уме у рыцаря, шагающего в ночи, и все ближе и ближе приближающегося к барьеру, чтобы проверить уснули или еще глотают монастырское вино доверенные ему солдаты.

Ланселот начал свою карьеру со службы в простом городском ополчении. В течение нескольких месяцев он прослужил, как и любой обычный человек, выбравший себе профессию воина. В казарме, на соседних кроватях от него жили ополченцы Пабло, Мика и Пек. С ними он проводил большую часть времени, и с ними рука об руку он патрулировал ночные улицы Хориниса, и ходил с облавами в портовую часть города.

Ланс не терял времени даром, он учился у старого ветерана Вульфгара владению одноручным оружием, а у опытного стрелка королевской армии Руги – стрельбой из арбалета…

Когда Ланселот начал свою карьеру в ополчении, его отец, как выяснилось позднее – один из городских советников, тогда еще не знал о том, что Ланс – это его сын. Но потом…

Потом все изменилось, тогда когда его мать рассказала о том, кто на самом деле отец Ланселота – подвела женская натура. С этого момента началась стремительная карьера Ланса и позорное изгнание Сагитты – его матери - из Хориниса.

Его отец попросил Сагитту покинуть город, с собой он предложил ей взять все, что она захочет: золото, еду или магические зелья, но она не взяла ничего, и с гордо поднятой головой, вышла через северные ворота Хориниса забрав с собой лишь то, что смогла нажить лишь собственным трудом. Потом Ланс узнал, что она поселилась недалеко от фермы богатого землевладельца Онара, и стала жить отшельником в лесу, помогая тем, кто к ней пришел за помощью.

А этот подлец и лицемер объявил народу, через своего герольда, который всегда находился на центральной площади, объявляя указы губернатора или городских советников, что Сагитта – ведьма, и изучает темные силы! Теперь мать Ланса стала вне закона!

Также неожиданно было для Ланселота его молниеносное повышение по службе…. Он стал рыцарем. Сам губернатор вручил ему доспехи, меч и шпоры (хотя в Хоринисе отродясь никто не видел лошадей, такова была традиция.) Ланс с гордостью принял это, но после того как он рассказал об этом знаменательном событии своим бывшим боевым товарищам, они поняли все… и отвернулись от него.

В Хоринисе было мало рыцарей и в преимуществе все они были дворянами, жившими в верхнем квартале. В тот же день по совету отца Ланселота губернатор отправил молодого рыцаря и десяток солдат далеко на восток, чтобы сменить стражу у барьера.… Тогда Ланс понял почему происходит все это – его отец хотел лишь избавиться от своего внебрачного сына, убрать его с глаз долой…

Ланселот подошел к подъемнику. Сразу же его слуха коснулись пьяные песни стражников, сопровождавшиеся игрой на лютне и бессвязными выкриками. И этим сбродом бродяг и алкоголиков поручили командовать Лансу! Но он достоин большего!

- Лоботрясы, хватит лакать эту дрянь! - тут он выхватил из руки одного из сидящих у костра воинов бутыль с каким-то пойлом и с чувством разбил его о ближайшую скалу. - Ведь это вы упустили вчера этих бандитов что были приговорены городским судьей к каторжным работам! И вы недоглядели за оружием, из-за вас кому-то удалось украсть целый арсенал прямо у нас из-под носа! – закричал на пьяных ополченцев Ланселот.

- Отстань, начальник… - заплетающимся языком произнес один из воинов.

Наверняка бы он получил от своего молодого командира пощечину кольчужной перчаткой, если бы не… стрела пронзившее его горло. С предсмертным хрипом ополченец рухнул в костер. Остальные воины заорали, хватаясь за мечи…. двое из них уже были ранены вражескими стрелами. Противник держался поодаль, стараясь не входить в круг света от костра.

Ланселот уже держал в руке меч. Он рубанул наугад и тут же услышал предсмертный крик одного из беглых заключенных….

- Нет чести нападать на противника со спины! – произнес он трупу лежащему у его ног.

Удар, еще удар. После каждого взмаха меча рыцаря на землю опускалось еще одно тело. Но противников было слишком много, и Ланс, каким бы хорошим воином он ни был, начинал отступать, уходя в глухую оборону. То тут, то там враг находил лазейку в его блокировке, и уже две легкие раны красовались на его теле.

Ланселот был храбрым, иногда смелым до безрассудства, но сейчас, увидев, что все его пьяные солдаты уже висят на окровавленных мечах бандитов, он понял, что погибнет здесь… Ополченцы, храпящие в бараках даже не проснуться, их зарежут как свиней на бойне…. Но его жизнь этим разбойником так просто не отобрать! Он будет биться и унесет с собой как можно больше этих мерзавцев. Во имя Инноса!

Ланселот стал биться с новой силой…. Очередной удар одного из бандитов грозил отобрать у храброго рыцаря жизнь, Ланс инстинктивно попытался закрыться мечом, отпрыгивая назад…

«Перед глазами появилась синяя, пелена, лица бандитов размазались, воину показалось, что их теперь разделяет мутное стекло» - это продолжалось долю секунды, затем рыцарь полетел вниз…